КОГДА Я НА ПОЧТЕ СЛУЖИЛ ЯЩИКОМ
Jan. 17th, 2012 06:16 pmНаше почтовое отделение - не просто место, где хочется убиться о стенку. Это источник сильнейших и незабываемых впечатлений. Расскажу исключительно о последнем визите (иначе придётся писать роман-эпопею).
В последний раз я отправилась на почту, чтобы получить очередной новогодний подарок, как потом выяснилось - кошку-брошку от Лёни
leosat. Банедеролька должна была прийти к Новому году, но поскольку из Москвы в Москву путь неблизкий, она пришла аккурат к Старому Новому году. Тоже удачно.
Толпу страждущих обслуживала одна служительница; другая женщина - начальница одной служительницы - работала не с людьми, а с (пардон) отправлениями.
Очередь, как всегда, двигалась очень медленно, очень печально, люди изнывали, и только Мощный Старик позади меня время от времени бунтовал, крича, что ему нужно всего лишь наклеить марки.
Тут пришёл другой старик - Божий Одуванчик, старенький-старенький; он пошёл к другому старику, сидевшему в уголке на стульчике, своему, видимо, товарищу (да, в тот день было очень много стариков - я даже подумала "старикам здесь не место"); из долетевших до моих ушей фрагментов беседы выяснилось, что Старичок Божий Одуванчик уже в очереди стоял, а сейчас сходил домой, чтобы взять какую-то бумажку, дающую льготы при оформлении подписки.
Подивившись жизнеспособности Старичка и его заинтересованности в периодической печати, я вперилась в нераскупленные новогодние открытки. Досконально рассмотрев всех Дедов Морозов, занялась подавлением напавшей на меня зевоты. Клонило в сон. Смеркалось. Но тут началось!
Надо сказать, что открытки стояли на этакой многоступенчатой железной витринке. Когда очередь чуть продвинулась, они оказались в поле зрения Мощного Старика, - но он не стал, подобно мне, смиренно изучать Дедов Морозов, а всю эту конструкцию схватил своими всё ещё сильными руками, - уподоблю его, пожалуй, разбушевавшемуся Кинг-Конгу - и стал ею сначала махать, а потом колотить (как шахтёры колотили касками об асфальт), требуя чтоб ему немедленно наклеили марки. Мощный Старик сорвался потому, что единственная служительница отбежала пописать, а это не ускорило процессы получения и отправления отправлений (почтовых, почтовых). "Я сейчас милицию вызову, вы что хулиганите?" - со слезой в голосе прикрикнула взнервлённая Начальница, явившаяся на стук. Мощный Старик стал громогласно призывать к свержению существующей власти. "Давайте, что там у вас?" - сдалась Начальница. Мощный Старик, празднуя победу, протянул ей два жёваных конверта. "В таком виде больше не приму!" - разрыдалась Начальница и приняла. Мощный Старик ушел, довольный собой; вслед ему неслись проклятья.
( ПРОШЛА ВЕЧНОСТЬ... )
В последний раз я отправилась на почту, чтобы получить очередной новогодний подарок, как потом выяснилось - кошку-брошку от Лёни
Толпу страждущих обслуживала одна служительница; другая женщина - начальница одной служительницы - работала не с людьми, а с (пардон) отправлениями.
Очередь, как всегда, двигалась очень медленно, очень печально, люди изнывали, и только Мощный Старик позади меня время от времени бунтовал, крича, что ему нужно всего лишь наклеить марки.
Тут пришёл другой старик - Божий Одуванчик, старенький-старенький; он пошёл к другому старику, сидевшему в уголке на стульчике, своему, видимо, товарищу (да, в тот день было очень много стариков - я даже подумала "старикам здесь не место"); из долетевших до моих ушей фрагментов беседы выяснилось, что Старичок Божий Одуванчик уже в очереди стоял, а сейчас сходил домой, чтобы взять какую-то бумажку, дающую льготы при оформлении подписки.
Подивившись жизнеспособности Старичка и его заинтересованности в периодической печати, я вперилась в нераскупленные новогодние открытки. Досконально рассмотрев всех Дедов Морозов, занялась подавлением напавшей на меня зевоты. Клонило в сон. Смеркалось. Но тут началось!
Надо сказать, что открытки стояли на этакой многоступенчатой железной витринке. Когда очередь чуть продвинулась, они оказались в поле зрения Мощного Старика, - но он не стал, подобно мне, смиренно изучать Дедов Морозов, а всю эту конструкцию схватил своими всё ещё сильными руками, - уподоблю его, пожалуй, разбушевавшемуся Кинг-Конгу - и стал ею сначала махать, а потом колотить (как шахтёры колотили касками об асфальт), требуя чтоб ему немедленно наклеили марки. Мощный Старик сорвался потому, что единственная служительница отбежала пописать, а это не ускорило процессы получения и отправления отправлений (почтовых, почтовых). "Я сейчас милицию вызову, вы что хулиганите?" - со слезой в голосе прикрикнула взнервлённая Начальница, явившаяся на стук. Мощный Старик стал громогласно призывать к свержению существующей власти. "Давайте, что там у вас?" - сдалась Начальница. Мощный Старик, празднуя победу, протянул ей два жёваных конверта. "В таком виде больше не приму!" - разрыдалась Начальница и приняла. Мощный Старик ушел, довольный собой; вслед ему неслись проклятья.
( ПРОШЛА ВЕЧНОСТЬ... )