natabelush | О СВЯТОМ

(Пост от 29 марта 2011 года.)
Пост о "Страстях" мне до сих пор выходит боком: один товарищ, его прочитавший, решил, что упомянутый мной Святой Христофор Псеглавец - ужасное порождение моего кощунствующего умища. И мне было откровение: возможно, не он один так подумал про Христофора. Мол, мало ли что я там болтаю.
Святой Христофор - это мой любимый святой. Неудобно как-то такое говорить - "любимый святой" - ведь в Бога я, хм, не верую, в святых, соответственно, тоже, и ко всем божественным историям отношусь как к литературе. Этот мир для меня существует, как существует, например, мир Анны Карениной и прочие фантомы. Не могу сказать, что божественное так же сильно меня занимает. Но с удивлением замечаю, что нынче мало-мальское (как в моём случае) знание предмета в сознании окружающих почему-то связывается именно с истовой верой. Я даже не рассказываю, что интересуюсь религиозной живописью, потому что пришлось бы вдаваться в подробности о том, что этот интерес не следствие религиозности. Но поди объясни. Человек желает поставить штамп на другого человека - иначе он его при встрече не узнает. Все ярлыки, которые навесили на одну только бедную меня, не поместятся на могильной плите. В этих дурацких условиях у меня язык не поворачивается говорить о каких-то "любимых святых".
Так вот, возвращаясь к "Страстям". Не в порядке продолжения дискуссии, а исключительно от невозможности сдержать огорчение: не могу не сказать, что этот комментарий уважаемой френдессы, - "То, что "страсти по" не ассоциируются у населения со страданиями Христа - это факт. И, скорее, позитивный. Значит, еще не совсем оболванила нас РПЦ" - меня просто прибил к полу и так до сих пор и не отпускает. Ведь в таком случае если кто-то вдруг не вспомнит, какой нынче год от Рождества Христова, или не сможет продолжить фразу "в начале было..." - это тоже будет победа над РПЦ; глупея, мы не просто так глупеем, а противостоим, оказывается, оболваниванию. Между тем нынешняя РПЦ - это всего лишь небольшая бородавка на морде нашей жизни по сравнению с христианской культурой, с которой - я про культуру, не про бородавку - мы все (ну, многие, многие) связаны, даже если не чувствуем этого, и сводить какие-то мелкие счёты с церковью посредством целенаправленного отупения по меньшей мере недальновидно.
Это было долгое предисловие к короткому рассказу о Святом Христофоре - чтобы к нему отнеслись с должным уважением, если не с должным интересом.
Христофор потому мой любимый святой, что мне его жалко: он самый неудачливый неудачник. Изображаемый православными с собачьей головой, Христофор был чем-то вроде досадного, неуместного привета от язычников, и потому иконы с Христофором изгонялись из церквей, записывались (иногда собачью голову записывали человеческой) или уничтожались. И Ватикану он не пришёлся по душе: его понизили в звании, вычеркнули из календаря и почитают только "на местах". Их Христофор тоже страшен. По одной версии он сам попросил зверскую голову, потому что был слишком хорош лицом и этим вводил в соблазн, по другой был представителем песьеголового племени людоедов. Зато та приятная часть его путаной легенды, где Христофор представлен именно как "Несущий Христа" (он переносит Младенца через водный поток), дала прекрасную возможность, забыв о пёсьеголовости, изображать этого молодца в самом симпатичном виде: матёрым человечищем с дитём на плечах. Очень забавно, что среди других святых Христофора и узнаешь-то иногда только по маленькому Иисусу (Мадонна, между прочим, доверяла Младенца не всякому, их можно по пальцам пересчитать). Христофор был очень сильным, но Младенца тащил на себе с трудом, потому что к Младенцу прилагались все тяготы мира.
Я собирала "картинки" с Христофором и Христом, когда мне надоедало тасовать бесчисленных Мадонн. Посмотрите, какой прекрасный!
Христофор неизвестного испанского мастера 14 века: